вторник, 29 июля 2008 г.

Спецпроект Good talk - Интервью с Игорем Горелым


MADZ» с гордостью представляет проект «Good talk», в котором мы будем вести застольные и/или официальные беседы с интересными нам людьми (представителями лейблов, промоутерами, арт-директорами клубов и т.д.), имеющими отношение к музыке, любимой нашим вебзином.

Первой жертвой наших настырных вопросов великодушно согласился выступить замечательный и талантливый человек, Игорь Горелый, глава российского независимого лейбла «RAIG», на котором выпускаются такие изумительные группы, как Won James Won, Bosch's with you, Vespero, I am above on the left и многие-многие другие!

Спешу, спотыкаясь, заметить, что еще «RAIG» является одним из наших самых любимых музыкальных партнеров, на релизы которого мы всегда готовы с удовольствием писать ревью, ибо эта музыка достойна самых высших похвал на свете!

PS Надо сказать, что интервью получилось интересным и большим, поэтому объединенными редакторскими и космическими силами было решено поделить эту беседу на несколько частей. Сегодня Вашему жадному вниманию представляется первая часть нашей прелюбопытнейшей беседы, - сиквелы будут позже.

Мила: «RAIG» существует уже 6 лет, за это время вышло много разноплановых, но одинаково интересных и необычных релизов, у лейбла есть сложившаяся хорошая репутация. А, расскажи, пожалуйста, как все начиналось. Почему Игорь Горелый решил создать лейбл?
Игорь: Начиналось все довольно прозаически – с желания издать одну единственную пластиночку. Тогда, на рубеже конца 90-х, с этим были определенные проблемы. Официальные рекорд-компании непонятную неформатную музыку просто не брали. Пробовали работать с «пиратскими» лейблами, но как-то не заладилось. В общем, решили делать сами и ни от кого не зависеть. Альбом сверстали, дизайн разработали, а когда все было готово, появилась мысль – а давайте учредим свой коллективный лейбл. Так и начался RAIG в 2002 году.
Мила: А что это была за первая пластинка, которую вы хотели издать?
Игорь: Это был «Ирмологий» (Irmologion «Irmologion»). Хотя у альбома не первый, а третий каталожный номер, начиналось все именно с него… Все расходы оплачивали из собственных карманов, на троих – Дмитрий Гомзяков, Влад Асадуллин и я... Влад сейчас в Питере… Кстати, логотип RAIG он сделал…
Когда пластинки вышли, никакого представления, как быть дальше, у нас не было. Была некая такая иллюзия, что лейбл – это просто: подобрал музыку и выпустил пластинку. Но выяснилось, что это только начало. Как с релизом дальше поступить? Как сообщить о нем любителям музыки? Как донести до слушателя? Как быть с продажами? С прессой? Опыта не было никакого, связей, в общем-то, тоже не было. Было много зарубежных друзей и хороших знакомых в музыкантской зарубежной среде. Когда я им написал, что решил издать пластинку самостоятельно, они реально поддержали, подсказывали и рассказывали всякие полезные вещи, давали советы, рекомендации и т.д.
Мила: А, скажи, пожалуйста, когда вы только-только начинали и поняли, что создание лейбла связано с большим количеством подводных камней, но вас всех это, тем не менее, не остановило. Что это был, кураж?
Игорь: Я бы не сказал, что это был кураж. Скорее, был осознанный позитивный настрой, энтузиазм… Мы все получали огромное удовольствие от происходящего. Когда музыкальная работа принимает реальный вид издания – это очень радостные ощущения. Поэтому, даже несмотря на возникшие сложности, желание сделать что-то еще не пропадало. Другое дело, что все мы стали понимать: делать тиражи «в стол» нельзя. Разочарования не было – был толчок к прагматическому осмыслению происходящего. Я начал осваивать административные премудрости (улыбается). А Влад с Димычем озаботились креативной частью: тем, как передать характер музыки в оформлении и привлечь внимание публики… Они оба профессиональные дизайнеры, с огромным опытом, талантом, вкусом… Кстати, после выпуска трех первых пластинок, появилось принципиальное понимание того, что делает RAIG. Я бы его обозначил так: это не просто издание музыки, это попытка создания комплексного, художественно значимого, оригинального артефакта на стыке музыки, звука, визуального оформления и упаковки.
Когда стали говорить, что CD-релиз уходит в прошлое, что сейчас растет другое поколение слушателей, ориентированных на mp3 – я лишь утвердился во мнении, что вне зависимости от форматов носителей, все равно останется каста людей, которые ценят старое доброе качество реального продукта. Я знаю, что всегда будут люди, которые предпочтут скрипучие винилы, диковинно изданные компакт-диски, типографские книги с запахом краски... Это живое, и цифра этому не замена.
Мила: Да и просто приятно ощущать книгу в руках, гладить страницы…
Игорь: Точно, возможность «тактильного контакта» с музыкой – вот что заложено в деятельности RAIG.
Мила: Вам это удалось.
Игорь: Спасибо. В общем-то, именно в этом и заключается смысл – делать что-то нетривиальное, для индивидуального ценителя – не для массового потребления.
Мила: Расскажи, пожалуйста, о музыкальной политике лейбла.
Игорь: В общем-то, ее можно сформулировать в нескольких, очень конкретных тезисах. Для нас идеологически и философски обоснованных. И, кстати, прямо связанных с понятием «независимости» музыки, музыканта, лейбла…
Тезис первый – у RAIG нет жанровых и стилистических предпочтений.
Так получилось, что у трех людей, которые RAIG делали, музыкальные вкусы довольно широки. Но нас не интересовала музыка, попадающая под определение «мэйнстрим». Привлекала музыка «экспериментальная» в самом широком понимании слова. То есть музыка, которая в нашей стране практически не издавалась. А главным аргументом ее «неиздания» было то, что ее нельзя продать.
Тезис второй – RAIG издает, прежде всего, работы тех авторов, кто не имеет возможности издаться.
Если известный музыкант с «большим именем» обратится на RAIG с предложением издать его альбом – такие случаи были – то, скорее всего, мы вежливо ему откажем. Приоритет отдается тем, кто в самом начале пути, кто в поиске, для кого RAIG может стать некой фундаментальной, отправной точкой. Интересно работать с «чистого листа». Против общепринятой практики и правил. Я имею в виду, что большинство лейблов начинает с того, что договаривается с известными исполнителями – наши, в частности, очень любят именитых иностранцев – издает их пластинку и тут же привлекает к себе внимание. Схема отработана и при правильной постановке дела такой продукт оказывается востребованным во всем мире. На раскрученном имени никому неизвестный лейбл «въезжает» в рынок… У нас не так.
Тезис третий – RAIG функционирует как некоммерческий лейбл.
Мила: То есть его цель не получение материальной прибыли?
Игорь: Совершенно верно. Наличие «коммерческого потенциала» музыки, о котором любят говорить профессиональные продюсеры и издатели, нами в расчет вообще не принимается. Конечно, нам небезразлично продаются наши пластинки или нет, но, прежде всего, в смысле, доходят ли они до аудитории или нет. А вот соображения, сможем ли мы «заработать», выпустив ту или иную пластику – об этом вообще никто из нас никогда не думал. Главное, чтобы работа нравилась, и человек был симпатичен.
Тезис четвертый – RAIG существует как независимый лейбл.
В самом буквальном смысле. Он не зависит от конъюнктуры рынка и не зависит от материальной прибыли. А в этом суть любой «независимой» инициативы. Если кто-то кому-то пытается понравиться, угодить расхожим вкусам (или безвкусию), если озабочен извлечением прибыли… то какая же это независимость? Просто пустые модные словечки – независимый, индепендент, инди… словоблудие.
Мила: Но, согласись, инди и независимый - это то, что сейчас очень хорошо продается.
Игорь: Верно. Слова превращаются в ярлыки и продаются, как и все прочее. Люди перестают задумываться над тем, что стоит за словами… Я хочу сказать, что когда художник делает что-то, чтобы вписаться в модное течение, в рынок, в конъюнктуру спроса… он перестает быть независимым художником. Когда на лейбле думают о прибыли… лейбл перестает быть независимым. Это все симптомы устойчивой зависимости от внешних факторов. И часто эта зависимость стыдливо прикрывается модными и продаваемыми словечками.
Мила: Это просто уже идет не от сердца, не от души, а от головы, когда в глазах уже знаки доллара появился. Это убивает творчество.
Игорь: Да, пожалуй. Но я бы, правда, уточнил, что в условиях наличия хоть какого-то рынка, появление подобной «зависимости от обстоятельств» у творческих людей отчасти закономерно. Артист не то чтобы бедствует – ему просто не хочется больше заниматься творчеством, не получая ничего взамен. Потом и внимания публики как такового уже недостаточно – хочется, чтобы этот интерес выражался в конкретном количестве дензнаков. Равно и издателю в какой-то момент перестает быть интересно то, что не продается и пылится на складах… Это, пожалуй, естественные процессы нашего времени… Но к независимости и свободе самовыражения они не имеют никакого отношения.
Хочется верить, что есть люди, живущие против правил и закономерностей. Независимые художники… Меценаты, которые помогают им самореализоваться, почувствовать себя нужным. И не задают стандартный вопрос: «А что и сколько получу я, дав тебе денег?»…
Мила: И как быстро это все отобьется?
Игорь: Да, это вопрос инвестора, не мецената. А людей, которые просто спросят музыканта: «Сколько тебе нужно для того, чтобы ты мог сочинить, записать, реализовать?» – я уже и не встречаю…
Мила: А как ты думаешь, с чем это связано? Народ у нас измельчал?
Игорь: Пожалуй, нет. Это ведь не только у нас так. Это такое глобальное явление... За рубежом у музыкантов те же проблемы. Просто живут они в иной среде. У них шире инфраструктура, больше предложений, больше возможностей, клубов, лейблов… да и музыкантов самих больше. В общем, я бы сказал, что не люди измельчали, а само общество изменилось, стало более прагматичным и расчетливым. Если говорить о нашей стране, все так активно стремились войти в рынок, вошли - не вошли…
Мила: Но куда-то мы вошли. Это точно.
Игорь: Да, где-то оказались… Еще и рынок не сформировался, а все уже научились «жить по-новому». Изменилось отношение друг к другу, к быту, к деньгам… Люди хотят жить хорошо любыми путями. В дооостатке.
(Оба смеются.)
Игорь: У некоторых получается. Людей, которые еще не разучились смотреть на мир, не включая внутреннего калькулятора и счетчика, остается все меньше.
Мила: Как происходит поиск музыки для лейбла? Ты сам ищешь новую музыку на соответствующих сайтах (например, Myspace), или музыканты обращаются к тебе сами?
Игорь: По-разному происходит. Myspace – это очень хорошее место, чтобы поддерживать и развивать отношения именно в музыкантской, продюсерской и издательской среде. Постоянно появляются новые имена, новая музыка, новые контакты. Там очень хорошая атмосфера, потому, что есть толерантность и уважение к позиции друг другу. Есть, например, музыканты, которым лейблы не нужны, потому что они хотят быть самостоятельными и независимыми в абсолютной форме. Есть музыканты, для которых лейбл – это путь к коммерческому успеху, к гонорарам и пр. И есть большая группа творческих людей, которая в лейблах находит некое сообщество...
Мила: Творческое объединение.
Игорь: Да, но «творческое» даже не столько в смысле какого-то практического взаимодействия. Скорее, в понимании духовной общности мировоззрений, мироощущений, жизненных ценностей… На лейбл они приходят, прежде всего, как в сообщество единомышленников…
Я получаю довольно большое количество демо, и вне контактов на Myspace. Слушаю все… но в основном разочаровываюсь. Порой мне кажется, что авторы совершенно не представляют, зачем они отправляют демо на RAIG.
Мила: А как они действуют, записывают демо и целенаправленно шлют на «RAIG» или просто по всем лейблам?
Игорь: Я как-то не интересовался. Но у меня есть полное ощущение, что это просто какая-то массовая рассылка. Составили список лейблов, непонятно по какому принципу, и разбросали: кто диски, кто ссылки на mp3. Часто пишут что-то типа «мы единственная группа, играющая такую музыку в России» или «мы играем в уникальном стиле, который невозможно определить»… На поверку оказывается такой вторичный полуфабрикат, без мысли, без души…
Мила: Сейчас «RAIG» - это ты и Zonder Zond, представим, что возникает такая ситуация: ты нашел некий музыкальный материал, который тебе понравился, и ты хочешь его издать, а Дмитрию он не очень нравится. Как вы в этом случае решаете возникший спор?
Игорь: Споров, по-моему, никогда не было. Все решается по обоюдному согласию. Если Zonder Zond говорит, что ему не нравится, а у меня нет аргументов, то я тему закрываю. Если аргументы есть, кстати, не обязательно относящиеся к музыке как таковой, я их излагаю… А он к ним всегда прислушивается.
Мила: Ага! Так, ты, значит, давишь на его нежную душу. Конечно, художника обидеть можно каждый.
Оба смеются.
Игорь: На самом деле, я с большим доверием отношусь к мнению Zonder Zondа и всегда полагаюсь на его интуицию. Сам, к сожалению, иногда ошибаюсь…
Мила: На сегодняшний момент, на момент нашей с тобой беседы, на «RAIGе» вышло 33 пластинки. И вот сейчас, будучи в 2008 г. и зная, как сложится судьба того или иного релиза, если бы у тебя была возможность что-то не издать из каталога, как бы поступил? Отказал ли бы кому-нибудь?
Игорь: Ты имеешь виду качество появляющейся новой музыки?
Мила: Да, я говорю именно о музыке, не об отношениях с людьми, чьи пластинки ты за это время издал.
Игорь: С точки зрения самой музыки, я не о чем не жалею и не от чего не отказался бы. А вот, когда разочаровываешься в человеке, потраченного времени порой и бывает жалко…
Вообще, я очень дорожу взаимоотношениями, которые складываются на RAIG. Взаимное доверие – прежде всего. А творческое движение и поиск тех, кого я знаю уже давно, меня захватывает и увлекает. Мы стараемся поддерживать любой эксперимент, любые новые формы самовыражения…
Другое дело, что RAIG сейчас работает в режиме жесткой перегрузки. Мы вынуждены планировать – чего не было раньше – и одновременно искать какие-то резервы. К каждому релизу мы по-прежнему подходим очень индивидуально, поэтому на подготовку отдельного издания порой уходит несколько месяцев. И о планах наших артистов я должен знать заранее, чтобы избежать щекотливых и сложных ситуаций… Вот, издательский план RAIG уже расписан до середины 2009 года, и…
Мила: …Это еще не предел.
Игорь: Да, это не предел. Возможны и форс-мажоры, и появление чего-то крайне актуального и значимого. Наши артисты в большинстве своем ситуацию понимают и стараются помочь, чем могут…
Так получается, что интересной музыки гораздо больше, чем мы можем позволить себе издать. Проблема даже не в финансах. А в том, что RAIG лейбл без профессионального администрирования. Нас всего двое. Расширять ростер артистов, оставаясь в прежних рамках, просто невозможно…
Мила: А хотелось бы?
Игорь: С точки зрения появления новых имен и новой музыки, конечно, хотелось бы… Но превращать RAIG в фабрику… нет, не хочется.
Мила: Иными словами, хочется избежать поточного метода.
Игорь: Да. Конечно, можно пофантазировать о десятке штатных администраторов, специальном офисе и т.д. и т.п.
Мила: А тебе хочется этого?
Игорь: Поставить все на коммерческие рельсы?
Мила: Но при этом утверждать, что мы независимые.
Игорь: Нет… Я не коммерсант. Для меня такая деятельность будет равносильна потере чувства удовольствия и свободы. Самое большое мое опасение – думать о RAIG, как о тяжелом бремени…

ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТ!
В следующий вторник.



Web-координаты лейбла «RAIG»:
http://www.raig.ru/
http://www.myspace.com/raigmusic

Комментариев нет: