Спецпроект Good talk - Интервью с Игорем Горелым

«MADZ» с гордостью представляет проект «Good talk», в котором мы будем вести застольные и/или официальные беседы с интересными нам людьми (представителями лейблов, промоутерами, арт-директорами клубов и т.д.), имеющими отношение к музыке, любимой нашим вебзином.

Первой жертвой наших настырных вопросов великодушно согласился выступить замечательный и талантливый человек, Игорь Горелый, глава российского независимого лейбла «RAIG», на котором выпускаются такие изумительные группы, как Won James Won, Bosch's with you, Vespero, I am above on the left и многие-многие другие!

Спешу, спотыкаясь, заметить, что еще «RAIG» является одним из наших самых любимых музыкальных партнеров, на релизы которого мы всегда готовы с удовольствием писать ревью, ибо эта музыка достойна самых высших похвал на свете!

PS Надо сказать, что интервью получилось интересным и большим, поэтому объединенными редакторскими и космическими силами было решено поделить эту беседу на несколько частей. Сегодня Вашему жадному вниманию представляется вторая, финальная часть нашей прелюбопытнейшей беседы. Начало же положено тут: http://madz-zine.blogspot.com/2008/07/good-talk.html


Мила: Какие из изданных на «RAIGе» альбомы тебе нравятся больше всего? А какие ты считаешь недооцененными слушателями?
Игорь: (молча улыбается).
Мила: А, мне все нравится, - сейчас скажет Игорь.
Оба смеются.
Игорь: Каверзный вопрос (улыбается). Все издания RAIG появляются только потому, что нравятся.
Мила: Ну, есть же альбомы, которые прямо греют душу. Что-то, к чему хочется постоянно возвращаться.
Игорь: У меня, наверное, душа какая-то непостоянная…
Оба смеются.
Игорь: …Она постоянно требует какой-то разной музыки.
Мила: Я могу тебе сказать, что мне, например, очень нравится первая часть босховской трилогии. Я очень часто ее переслушиваю.
Игорь: Ты знаешь, я до сих пор часто слушаю самую первую пластинку, которая выходила на RAIG. Это альбом Антона Батагова «Music For Piano». Хотя уже пять лет прошло, и в общем-то, я столько раз ее слушал… Из изданного на RAIG нет пластинок, которые забыты и к которым не возвращаешься. Может быть, есть пластинки, к которым возвращаешься реже. Просто в силу того, что на них запечатлено очень депрессивное тягостное состояние души…
Что касается недооцененных пластинок… Вообще, оценка и резонанс на наши издания у меня часто вызывает недоумение… Обобщая, скажу, что, наверное, все пластинки RAIG в какой-то степени недооцененные. Может быть, это моя какая-то недоработка (задумывается)...
Мила: Нет-нет, это неправда.
Игорь (улыбается): Я ведь продолжаю учиться… Но, действительно, меня удивляет, почему люди порой смотрят и не видят, слушают и не слышат…
Мила: А почему, как ты думаешь? Почему у нас такой пассивный слушатель?
Игорь: Я не только нашего слушателя имею в виду… Но если говорить о нашем… Он очень специфический. Очень консервативный и очень избалованный. И еще очень инертный. Одно время я думал, что у нас просто слишком много равнодушных людей. Сейчас понимаю, что равнодушие – это не то слово… Человек ночами не спит, сидит и качает гигабайты всякой музыкальной каши через инет…
Мила: Все подряд.
Игорь: Да… Его не назовешь равнодушным. Это, наверное, такой инертный потребительский психоз… Помнишь, это слово «потреблядство»?
Мила: Да-да-да, отличная книга и теория.
Игорь: Вот, это про нашего слушателя… Не все, конечно, одержимы демонами. Но… Вот о гениальности зарубежных идолов будут и говорить и писать бесконечно. А соотечественников игнорируют. Палец о палец не ударят, чтобы поддержать: на концерт прийти, пластинку купить, просто написать пару строк музыканту – мол, спасибо, молодец, держись…
Мила: А слушатель «RAIG» какой он? Каким ты себе его представляешь?
Игорь (задумывается): Не знаю… Наверное, слушатель RAIG разный, потому что издания очень разные. Не знаю, хорошо ли это или плохо. Разнородность слушательской аудитории в общем-то отражает раскол и сегментацию нашей независимой сцены. За рубежом независимое сообщество выстраивается отнюдь не по жанрово-стилистическим признакам, скорее по мировоззренческим и социальным связям. У нас независимого сообщества вообще нет. Есть «тусовки» - пост-роковая, хард-коровая, прог-роковая и т.д. и т.п. Каждая существует сама по себе, варится в собственном соку…
Мила: И все они почему-то находятся в конфронтации друг с другом.
Игорь: Не уважают, не интересуются и избегают друг друга… Смешно – живя в одном городе, даже не знают о существовании друг друга. Какое уж тут сообщество?!
Мила: Просто нет unity, общего духа, единства.
Игорь: Да. Вот поэтому и слушатель разный. Приходит на RAIG из самых разных «тусовок» и сильно удивляется, обнаружив помимо известной ему музыки что-то еще. Симпатичен слушатель, который, придя за прог-роком, решит попробовать и распробовать, скажем, авангардную электроакустику…
Мила: Понятно. А, расскажи, пожалуйста, что из себя представляет договор, который «RAIG» заключает с музыкантами, при решении вопроса об издании их музыки.
Игорь: Договор – это необходимый юридический документ, который уполномочивает меня официально делать тираж издания с музыкой, которая мне не принадлежит. Суть его – RAIG просит автора дать официальное разрешение на использование его произведения.
Мила: На твое имя?
Игорь: Да. Кстати, то, что в народе называется «Договором о передаче авторских прав» – само по себе юридический нонсенс, страшилка для несведущих. Автор всегда остается автором – ему всегда принадлежит его произведение, если только он не решит добровольно отказаться от своего авторства в чью-либо пользу.
Договоры с авторами, как правило, регулируют смежные права. Мы подписываем «Договор на использование произведения». В тексте перечисляется как именно мы его будем использовать, в какие сроки, только мы или кто-то еще и т.д. Как правило, мы включаем в договор далеко не все виды «использования», которые предусмотрены действующим российским законодательством. Например, возможность ремикширования и трансформации произведения нас не интересует. А вот автор, который подписал (не читая) договор с таким пунктом, рискует оказаться в ситуации, когда его материал взяли и перелопатили…
Мила: Это получается такая лазейка для недобросовестно работающих лейблов.
Игорь: Да. Я разъясняю авторам каждый пункт нашего документа. Если что-то у него вызывает сомнения, то вносим коррективы, насколько это возможно. Меня интересуют только ключевые пункты: тиражирование (оно же воспроизведение), распространение без каких-либо территориальных ограничений, транслирование. Принципиальный момент – мы всегда просим дать эксклюзивное разрешение, чтобы наше издание не дублировалось другими лейблами ни в России, ни в других странах. Вопросы лицензирования рассматриваются отдельно, по согласованию с автором…
Вообще, автора мы не пытаемся «закабалить». Как раз напротив, стараемся «втянуть» его в процесс. Поэтому оставляем за ним широкую свободу действий по распространению и продвижению его авторской музыки, при условии координации наших действий и полной открытости друг другу.
В конечном итоге, все, так или иначе, сводится к взаимному доверию. Если его нет, то никакая бумага тебе не поможет. Я так думаю.
Мила: Каким ты видишь будущее своего лейбла? Например, 2015 год, что из себя представляет «RAIG»?
Игорь: Не удивляйся... Если смотреть на вещи прозаически, то любой независимый лейбл, если он по-настоящему независимый, существует до того момента, пока его создателям интересно им заниматься. Я думаю, что рано или поздно наступит такой момент, когда мне или Димычу уже будет невозможно делать то, что мы делаем сейчас физически… Тогда RAIG прекратит существование. Не факт, что это произойдет в 2015 году, но… будущее RAIG конечно. Придут другие.
Мила: Ты меня не удивил, а убил своим ответом… А, когда ты перестанешь заниматься лейблом, означает ли это, что ты тогда будешь сам чем-то еще? Какие твои планы?
Игорь смеется.
Игорь: Мила, я надеюсь, что это произойдет в то время, когда я уже вообще не смогу и не захочу ничем заниматься.
Мила: Грустно как-то стало... Сейчас я тебе тогда какой-нибудь повеселее вопрос задам.
Игорь: Ну, я же тебя предупредил, что на какие-то вещи я смотрю прозаически.
Мила: Тогда напоследок надо выпустить какой-то самый шикарный релиз надо, чтобы красиво уйти.
Оба смеются.
Мила: Можно сейчас уже начать поиски чего-то такого фееричного, найти, но не издавать, дотерпеть до тех времен, чтобы сделать последним релизом «RAIGа».
Игорь: То есть, ты мне предлагаешь кому-то из музыкантов сказать: «Знаешь, я обязательно издам твою работу, но только перед самым закрытием лейбла»?
Оба смеются.
Мила: Я думаю, что Дима-Пилот, у тебя с ним хорошие отношения, он может пойти на это.
Игорь: Заказать что-то типа «Авангардная элегия на кончину RAIG»?
Оба смеются.
Мила: Ты знаешь, я думаю, что, в свете сказанного тобой, конец света надо перенести не в день, когда включат андронный коллайдер, а в день, когда Игорь Горелый официально объявит всему миру о закрытии лейбла «RAIG».
Игорь: Ну, да, я, кстати…
Мила: Я уже пресс-релиз подготовил. Да?
Оба смеются.
Игорь: Нет… Просто хотел сказать, что есть немало людей, которые RAIG искренне поддерживают, переживают даже… но при этом они совершенно не читают то, что на я на RAIG пишу. Наш сайт (www.raig.ru) – сейчас это единственный ресурс, на котором можно узнать о нашей повседневности. Когда-нибудь я напишу: «Спасибо… извините… RAIG закончился». Но, как…
Мила: Донести информацию до народа.
Оба смеются.
Игорь: Ну да…
Мила: Да, читать у нас не все любят почему-то. Мой следующий вопрос такой: как я понимаю, больше всего пластинок «RAIG» продается за рубеж, у нас мало кто их покупает, к сожалению.
Игорь: Да. В основном покупают за рубежом.
Мила: А, скажи, пожалуйста, какая именно страна покупает больше всех?
Игорь: Наверное, в США, в Германии...
Мила: А почему, как ты думаешь? Ну, с США понятно.
Игорь: Вообще, это не показатель какого-то там «рыночного спроса» на музыку RAIG. Просто в этих странах больше партнерских связей с дистрибьюторами, лейблами, музыкантами… А диски заказывают из самых разных точек Земного шара… из Японии, Австралии, Латинской Америки… Связи новые постоянно появляются… Только, вот, в России никакого развития не наблюдается… Очень мало независимых структур. Одна дистрибьюция «Авант-шоп», десяток лейблов, пара-тройка магазинов… В масштабах страны – это ничто. Коммерческие сети я не рассматриваю – это особая тема.
Мила: Как ты думаешь, в ближайшее время ситуация изменится?
Игорь: Хотелось на это надеяться. Прежде всего, должно появиться крепкое независимое сообщество. Потом и инфраструктура появится обязательно. Пока силы есть, я готов помогать, опытом делиться, участвовать…
Мила: Будем надеяться, что скоро все изменится! Расскажи, пожалуйста, что выйдет на «RAIGе» в ближайшее время?
Игорь: Очень скоро выйдет второй альбом испанской инструментальной авант-проговой группы OCTOBER EQUUS. Любопытно, что треть тиража уже предзаказана зарубежными дистрибьюторами. А от российских любителей «прог-музыки» ни одного письма! И ни один журналист не поинтересовался: «Слушай, а как, вообще, получилось, что одна из самых ярких и перспективных групп европейской прог-сцены свою работу выпускает эксклюзивно на маленьком российском лейбле?» Вот, издайся они где-нибудь в США или во Франции, наши прогстеры наверняка вели бы себя иначе…
Мила: Ну, это как с «U.S. Christmas».
Игорь: Да, где-то прочитал: «Великолепная группа, у которой дебютный альбом вышел недавно на Neurot Recodings». О том, что их дебютный альбом вышел в России, иностранцев знает гораздо больше, чем россиян! Нонсенс. Ну, не читает «наш слушатель» ни сайтов музыкантских, ни сайта RAIG, ни официальных, ни независимых изданий (улыбается). Будем надеяться, что «MADZ» слушатель будет читать.
Оба смеются.
Игорь: Ждем, креативного оформления для релиза английской группы THE SURF MESSENGERS. Это не серф-музыка, несмотря на название – красивая, насыщенная авангардная электроакустика. Отличный альбом!
В течение лета выйдет новый студийник KALUTALIKSUAK, записанный в этом году в составе квартета. Невероятно сложный академический авант-психо-прог. Потом – московское инструментал-фьюжн трио RUSHUS.
В планах этого года стоят новые альбомы групп ЯЗЫК ДОЖДЯ из Брянска, московских БОСХ С ТОБОЙ, KRUZR KEN, Я СЛЕВА СВЕРХУ.
Думаю, что скоро будут готовы к изданию и новые альбомы DISEN GAGE, GDEVA и астраханского ВЕСПЕР… В общем, много всего интересного.
Мила: Планов много, дай бог, чтобы все получилось!
Игорь: Спасибо!


PS Автор выражает благодарность Игорю Горелому за беседу и сотрудничество.

Web-координаты лейбла «RAIG»:
http://www.raig.ru/
http://www.myspace.com/raigmusic

Спецпроект Good talk - Интервью с Игорем Горелым

MADZ» с гордостью представляет проект «Good talk», в котором мы будем вести застольные и/или официальные беседы с интересными нам людьми (представителями лейблов, промоутерами, арт-директорами клубов и т.д.), имеющими отношение к музыке, любимой нашим вебзином.

Первой жертвой наших настырных вопросов великодушно согласился выступить замечательный и талантливый человек, Игорь Горелый, глава российского независимого лейбла «RAIG», на котором выпускаются такие изумительные группы, как Won James Won, Bosch's with you, Vespero, I am above on the left и многие-многие другие!

Спешу, спотыкаясь, заметить, что еще «RAIG» является одним из наших самых любимых музыкальных партнеров, на релизы которого мы всегда готовы с удовольствием писать ревью, ибо эта музыка достойна самых высших похвал на свете!

PS Надо сказать, что интервью получилось интересным и большим, поэтому объединенными редакторскими и космическими силами было решено поделить эту беседу на несколько частей. Сегодня Вашему жадному вниманию представляется первая часть нашей прелюбопытнейшей беседы, - сиквелы будут позже.

Мила: «RAIG» существует уже 6 лет, за это время вышло много разноплановых, но одинаково интересных и необычных релизов, у лейбла есть сложившаяся хорошая репутация. А, расскажи, пожалуйста, как все начиналось. Почему Игорь Горелый решил создать лейбл?
Игорь: Начиналось все довольно прозаически – с желания издать одну единственную пластиночку. Тогда, на рубеже конца 90-х, с этим были определенные проблемы. Официальные рекорд-компании непонятную неформатную музыку просто не брали. Пробовали работать с «пиратскими» лейблами, но как-то не заладилось. В общем, решили делать сами и ни от кого не зависеть. Альбом сверстали, дизайн разработали, а когда все было готово, появилась мысль – а давайте учредим свой коллективный лейбл. Так и начался RAIG в 2002 году.
Мила: А что это была за первая пластинка, которую вы хотели издать?
Игорь: Это был «Ирмологий» (Irmologion «Irmologion»). Хотя у альбома не первый, а третий каталожный номер, начиналось все именно с него… Все расходы оплачивали из собственных карманов, на троих – Дмитрий Гомзяков, Влад Асадуллин и я... Влад сейчас в Питере… Кстати, логотип RAIG он сделал…
Когда пластинки вышли, никакого представления, как быть дальше, у нас не было. Была некая такая иллюзия, что лейбл – это просто: подобрал музыку и выпустил пластинку. Но выяснилось, что это только начало. Как с релизом дальше поступить? Как сообщить о нем любителям музыки? Как донести до слушателя? Как быть с продажами? С прессой? Опыта не было никакого, связей, в общем-то, тоже не было. Было много зарубежных друзей и хороших знакомых в музыкантской зарубежной среде. Когда я им написал, что решил издать пластинку самостоятельно, они реально поддержали, подсказывали и рассказывали всякие полезные вещи, давали советы, рекомендации и т.д.
Мила: А, скажи, пожалуйста, когда вы только-только начинали и поняли, что создание лейбла связано с большим количеством подводных камней, но вас всех это, тем не менее, не остановило. Что это был, кураж?
Игорь: Я бы не сказал, что это был кураж. Скорее, был осознанный позитивный настрой, энтузиазм… Мы все получали огромное удовольствие от происходящего. Когда музыкальная работа принимает реальный вид издания – это очень радостные ощущения. Поэтому, даже несмотря на возникшие сложности, желание сделать что-то еще не пропадало. Другое дело, что все мы стали понимать: делать тиражи «в стол» нельзя. Разочарования не было – был толчок к прагматическому осмыслению происходящего. Я начал осваивать административные премудрости (улыбается). А Влад с Димычем озаботились креативной частью: тем, как передать характер музыки в оформлении и привлечь внимание публики… Они оба профессиональные дизайнеры, с огромным опытом, талантом, вкусом… Кстати, после выпуска трех первых пластинок, появилось принципиальное понимание того, что делает RAIG. Я бы его обозначил так: это не просто издание музыки, это попытка создания комплексного, художественно значимого, оригинального артефакта на стыке музыки, звука, визуального оформления и упаковки.
Когда стали говорить, что CD-релиз уходит в прошлое, что сейчас растет другое поколение слушателей, ориентированных на mp3 – я лишь утвердился во мнении, что вне зависимости от форматов носителей, все равно останется каста людей, которые ценят старое доброе качество реального продукта. Я знаю, что всегда будут люди, которые предпочтут скрипучие винилы, диковинно изданные компакт-диски, типографские книги с запахом краски... Это живое, и цифра этому не замена.
Мила: Да и просто приятно ощущать книгу в руках, гладить страницы…
Игорь: Точно, возможность «тактильного контакта» с музыкой – вот что заложено в деятельности RAIG.
Мила: Вам это удалось.
Игорь: Спасибо. В общем-то, именно в этом и заключается смысл – делать что-то нетривиальное, для индивидуального ценителя – не для массового потребления.
Мила: Расскажи, пожалуйста, о музыкальной политике лейбла.
Игорь: В общем-то, ее можно сформулировать в нескольких, очень конкретных тезисах. Для нас идеологически и философски обоснованных. И, кстати, прямо связанных с понятием «независимости» музыки, музыканта, лейбла…
Тезис первый – у RAIG нет жанровых и стилистических предпочтений.
Так получилось, что у трех людей, которые RAIG делали, музыкальные вкусы довольно широки. Но нас не интересовала музыка, попадающая под определение «мэйнстрим». Привлекала музыка «экспериментальная» в самом широком понимании слова. То есть музыка, которая в нашей стране практически не издавалась. А главным аргументом ее «неиздания» было то, что ее нельзя продать.
Тезис второй – RAIG издает, прежде всего, работы тех авторов, кто не имеет возможности издаться.
Если известный музыкант с «большим именем» обратится на RAIG с предложением издать его альбом – такие случаи были – то, скорее всего, мы вежливо ему откажем. Приоритет отдается тем, кто в самом начале пути, кто в поиске, для кого RAIG может стать некой фундаментальной, отправной точкой. Интересно работать с «чистого листа». Против общепринятой практики и правил. Я имею в виду, что большинство лейблов начинает с того, что договаривается с известными исполнителями – наши, в частности, очень любят именитых иностранцев – издает их пластинку и тут же привлекает к себе внимание. Схема отработана и при правильной постановке дела такой продукт оказывается востребованным во всем мире. На раскрученном имени никому неизвестный лейбл «въезжает» в рынок… У нас не так.
Тезис третий – RAIG функционирует как некоммерческий лейбл.
Мила: То есть его цель не получение материальной прибыли?
Игорь: Совершенно верно. Наличие «коммерческого потенциала» музыки, о котором любят говорить профессиональные продюсеры и издатели, нами в расчет вообще не принимается. Конечно, нам небезразлично продаются наши пластинки или нет, но, прежде всего, в смысле, доходят ли они до аудитории или нет. А вот соображения, сможем ли мы «заработать», выпустив ту или иную пластику – об этом вообще никто из нас никогда не думал. Главное, чтобы работа нравилась, и человек был симпатичен.
Тезис четвертый – RAIG существует как независимый лейбл.
В самом буквальном смысле. Он не зависит от конъюнктуры рынка и не зависит от материальной прибыли. А в этом суть любой «независимой» инициативы. Если кто-то кому-то пытается понравиться, угодить расхожим вкусам (или безвкусию), если озабочен извлечением прибыли… то какая же это независимость? Просто пустые модные словечки – независимый, индепендент, инди… словоблудие.
Мила: Но, согласись, инди и независимый - это то, что сейчас очень хорошо продается.
Игорь: Верно. Слова превращаются в ярлыки и продаются, как и все прочее. Люди перестают задумываться над тем, что стоит за словами… Я хочу сказать, что когда художник делает что-то, чтобы вписаться в модное течение, в рынок, в конъюнктуру спроса… он перестает быть независимым художником. Когда на лейбле думают о прибыли… лейбл перестает быть независимым. Это все симптомы устойчивой зависимости от внешних факторов. И часто эта зависимость стыдливо прикрывается модными и продаваемыми словечками.
Мила: Это просто уже идет не от сердца, не от души, а от головы, когда в глазах уже знаки доллара появился. Это убивает творчество.
Игорь: Да, пожалуй. Но я бы, правда, уточнил, что в условиях наличия хоть какого-то рынка, появление подобной «зависимости от обстоятельств» у творческих людей отчасти закономерно. Артист не то чтобы бедствует – ему просто не хочется больше заниматься творчеством, не получая ничего взамен. Потом и внимания публики как такового уже недостаточно – хочется, чтобы этот интерес выражался в конкретном количестве дензнаков. Равно и издателю в какой-то момент перестает быть интересно то, что не продается и пылится на складах… Это, пожалуй, естественные процессы нашего времени… Но к независимости и свободе самовыражения они не имеют никакого отношения.
Хочется верить, что есть люди, живущие против правил и закономерностей. Независимые художники… Меценаты, которые помогают им самореализоваться, почувствовать себя нужным. И не задают стандартный вопрос: «А что и сколько получу я, дав тебе денег?»…
Мила: И как быстро это все отобьется?
Игорь: Да, это вопрос инвестора, не мецената. А людей, которые просто спросят музыканта: «Сколько тебе нужно для того, чтобы ты мог сочинить, записать, реализовать?» – я уже и не встречаю…
Мила: А как ты думаешь, с чем это связано? Народ у нас измельчал?
Игорь: Пожалуй, нет. Это ведь не только у нас так. Это такое глобальное явление... За рубежом у музыкантов те же проблемы. Просто живут они в иной среде. У них шире инфраструктура, больше предложений, больше возможностей, клубов, лейблов… да и музыкантов самих больше. В общем, я бы сказал, что не люди измельчали, а само общество изменилось, стало более прагматичным и расчетливым. Если говорить о нашей стране, все так активно стремились войти в рынок, вошли - не вошли…
Мила: Но куда-то мы вошли. Это точно.
Игорь: Да, где-то оказались… Еще и рынок не сформировался, а все уже научились «жить по-новому». Изменилось отношение друг к другу, к быту, к деньгам… Люди хотят жить хорошо любыми путями. В дооостатке.
(Оба смеются.)
Игорь: У некоторых получается. Людей, которые еще не разучились смотреть на мир, не включая внутреннего калькулятора и счетчика, остается все меньше.
Мила: Как происходит поиск музыки для лейбла? Ты сам ищешь новую музыку на соответствующих сайтах (например, Myspace), или музыканты обращаются к тебе сами?
Игорь: По-разному происходит. Myspace – это очень хорошее место, чтобы поддерживать и развивать отношения именно в музыкантской, продюсерской и издательской среде. Постоянно появляются новые имена, новая музыка, новые контакты. Там очень хорошая атмосфера, потому, что есть толерантность и уважение к позиции друг другу. Есть, например, музыканты, которым лейблы не нужны, потому что они хотят быть самостоятельными и независимыми в абсолютной форме. Есть музыканты, для которых лейбл – это путь к коммерческому успеху, к гонорарам и пр. И есть большая группа творческих людей, которая в лейблах находит некое сообщество...
Мила: Творческое объединение.
Игорь: Да, но «творческое» даже не столько в смысле какого-то практического взаимодействия. Скорее, в понимании духовной общности мировоззрений, мироощущений, жизненных ценностей… На лейбл они приходят, прежде всего, как в сообщество единомышленников…
Я получаю довольно большое количество демо, и вне контактов на Myspace. Слушаю все… но в основном разочаровываюсь. Порой мне кажется, что авторы совершенно не представляют, зачем они отправляют демо на RAIG.
Мила: А как они действуют, записывают демо и целенаправленно шлют на «RAIG» или просто по всем лейблам?
Игорь: Я как-то не интересовался. Но у меня есть полное ощущение, что это просто какая-то массовая рассылка. Составили список лейблов, непонятно по какому принципу, и разбросали: кто диски, кто ссылки на mp3. Часто пишут что-то типа «мы единственная группа, играющая такую музыку в России» или «мы играем в уникальном стиле, который невозможно определить»… На поверку оказывается такой вторичный полуфабрикат, без мысли, без души…
Мила: Сейчас «RAIG» - это ты и Zonder Zond, представим, что возникает такая ситуация: ты нашел некий музыкальный материал, который тебе понравился, и ты хочешь его издать, а Дмитрию он не очень нравится. Как вы в этом случае решаете возникший спор?
Игорь: Споров, по-моему, никогда не было. Все решается по обоюдному согласию. Если Zonder Zond говорит, что ему не нравится, а у меня нет аргументов, то я тему закрываю. Если аргументы есть, кстати, не обязательно относящиеся к музыке как таковой, я их излагаю… А он к ним всегда прислушивается.
Мила: Ага! Так, ты, значит, давишь на его нежную душу. Конечно, художника обидеть можно каждый.
Оба смеются.
Игорь: На самом деле, я с большим доверием отношусь к мнению Zonder Zondа и всегда полагаюсь на его интуицию. Сам, к сожалению, иногда ошибаюсь…
Мила: На сегодняшний момент, на момент нашей с тобой беседы, на «RAIGе» вышло 33 пластинки. И вот сейчас, будучи в 2008 г. и зная, как сложится судьба того или иного релиза, если бы у тебя была возможность что-то не издать из каталога, как бы поступил? Отказал ли бы кому-нибудь?
Игорь: Ты имеешь виду качество появляющейся новой музыки?
Мила: Да, я говорю именно о музыке, не об отношениях с людьми, чьи пластинки ты за это время издал.
Игорь: С точки зрения самой музыки, я не о чем не жалею и не от чего не отказался бы. А вот, когда разочаровываешься в человеке, потраченного времени порой и бывает жалко…
Вообще, я очень дорожу взаимоотношениями, которые складываются на RAIG. Взаимное доверие – прежде всего. А творческое движение и поиск тех, кого я знаю уже давно, меня захватывает и увлекает. Мы стараемся поддерживать любой эксперимент, любые новые формы самовыражения…
Другое дело, что RAIG сейчас работает в режиме жесткой перегрузки. Мы вынуждены планировать – чего не было раньше – и одновременно искать какие-то резервы. К каждому релизу мы по-прежнему подходим очень индивидуально, поэтому на подготовку отдельного издания порой уходит несколько месяцев. И о планах наших артистов я должен знать заранее, чтобы избежать щекотливых и сложных ситуаций… Вот, издательский план RAIG уже расписан до середины 2009 года, и…
Мила: …Это еще не предел.
Игорь: Да, это не предел. Возможны и форс-мажоры, и появление чего-то крайне актуального и значимого. Наши артисты в большинстве своем ситуацию понимают и стараются помочь, чем могут…
Так получается, что интересной музыки гораздо больше, чем мы можем позволить себе издать. Проблема даже не в финансах. А в том, что RAIG лейбл без профессионального администрирования. Нас всего двое. Расширять ростер артистов, оставаясь в прежних рамках, просто невозможно…
Мила: А хотелось бы?
Игорь: С точки зрения появления новых имен и новой музыки, конечно, хотелось бы… Но превращать RAIG в фабрику… нет, не хочется.
Мила: Иными словами, хочется избежать поточного метода.
Игорь: Да. Конечно, можно пофантазировать о десятке штатных администраторов, специальном офисе и т.д. и т.п.
Мила: А тебе хочется этого?
Игорь: Поставить все на коммерческие рельсы?
Мила: Но при этом утверждать, что мы независимые.
Игорь: Нет… Я не коммерсант. Для меня такая деятельность будет равносильна потере чувства удовольствия и свободы. Самое большое мое опасение – думать о RAIG, как о тяжелом бремени…

ПРОДОЛЖЕНИЕ БУДЕТ!
В следующий вторник.



Web-координаты лейбла «RAIG»:
http://www.raig.ru/
http://www.myspace.com/raigmusic